Истина Православия

религиозного творчества, которая как бы приберегалась для

новой, еще не наступившей исторической эпохи. Это выявилось

в русских религиозных течениях XIX и XX века. Православие

более резко разграничивает божественный и природный мир,

Царство Божие и царство кесаря, и не признает тут возможных

аналогий, к которым часто прибегает католическая теология.

Энергия Божественная действует скрытно в человеке и в мире.

Про тварный мир нельзя сказать, что он есть божество, или

что он божественен, нельзя и сказать, что он

вне-божественен. Бог и божественная жизнь не похожи на мир

природный и природную жизнь, тут нельзя проводить аналогии.

Бог - бесконечен; природная жизнь - ограничена и конечна. Но

энергия божества переливается в природный мир, воздействует

на него и просветляет его. Это и есть православное видение

Духа Святаго. Для православного сознания учение Фомы

Аквината об естественном мире, утверждающее его в

противоположении миру сверхестественному, есть уже форма

секуляризации мира.

Православие в принципе своем пневматично, и в этом его

своеобразие. Пневматичность и есть последовательный, до

конца доведенный Тринитаризм. Благодать не есть посредник

между сверхестественным и естественным; благодать есть

действие Божественной энергии на тварный мир, присутствие в

мире Духа Святаго. Именно пневматизм Православия и делает

его наименее законченной формой христианства, выявляя в нем

преобладание новозаветных начал над началами ветхозаветными.

На вершине своей Православие понимает задачу жизни, как

стяжание, приобретение благодати Духа Святаго, как духовное

преображение твари. И это понимание существенно

противоположно законническому пониманию, для которого мир